Не в своей тарелке: Глина зовёт настоящих мужчин
Василий Дубик Василий Дубик
11:30 11 Октября 2018 Культура

Не в своей тарелке: Глина зовёт настоящих мужчин


Следить за приключениями других у телеэкрана, серфить в интернете и сражаться с танками в компьютерных играх – многие из нас посвящают чему-то подобному всё свободное время. Но может, для того чтобы почувствовать жизнь, нужно что-то большее? «Не в своей тарелке» – новый проект газеты «Гомельские ведомости», в котором журналисты испытают свои возможности в непривычных условиях. 

Дмитрий Чернявский

От «халвы» к «снежку» и турке

– Вам повезло: мягкая глина для новичков закончилась, осталась только твёрдая для настоящих мужчин, – вот такой вдохновляющей фразой встретил нас Антон Неклюдов – по образованию музыкант, а по призванию гончар. 



Совершенно случайно жена «затянула» его на мастер-класс в Питере, и Антон, отложив валторну, «прилип» к глине. Именно её мы сейчас переминаем, чтобы материал, напоминающий брикет халвы, превратился в «снежок». 


Таким образом он становится однородным по своей плотности. 


«А теперь похлопайте ладонью по глине, – предлагает Антон. – Это нужно, чтобы ушли пузырьки воздуха, и конечное изделие не дало трещин. Если ко мне приходят офисные работники с накопившимся  негативом, то я предлагаю им, представляя коллегу по работе, оторваться на глине по полной. Но на самом деле с глиной надо говорить о хорошем, чтобы изделие получилось. Тогда из него "изгоняется" не только вода, но и нечистая сила».



Всё готово и Антон предлагает нам «погончарить».  А это значит – курс из восьми занятий пройти за час. Пока мастер подключает гончарный круг к электричеству, у меня с Василием Владимировичем складывается творческий дуэт, которому мы даём название в честь известных скульпторов. 


Мухин и Неизвестный, как гордо именуем мы себя, предлагают  Антону оценить инсталляцию «Снеговик». 


На лице мастера заметен лишь скептицизм по поводу художественного достоинства нашего первого произведения.


– Идеальный размер заготовки для того чтобы начинать работать за гончарным кругом – это снежок. 


Чем больше – тем тяжелее, чем меньше – тем ещё тяжелее, – поясняет Антон, прежде чем я броском бейсболиста пригвождаю шарик к центру круга. 


– Здесь нужно приложить мужскую силу, – добавляет Антон, когда я обхватываю ладонями заготовку. –   Однако на мастер-классы приходят 90 процентов девушек. 




Парни появляются, только если их буквально за руку приведёт подруга. 


Очень редко ребята заходят по собственной инициативе, хотя исторически сложилось, что именно мужчины работали гончарами. 


– А если у девушки длинные ногти, заготовка не пострадает? – любопытствую.


– Там уже начинается токарная работа. Ну, или нанесение узоров, – улыбается Антон. 




Глина, вращаясь, массажирует и смягчает ладони, как будто это детский крем. «Слышал, что она омолаживает лицо, – вспоминает о чудесных свойствах Василий Владимирович. – И даже останавливает рост усов». Решаю проверить, наношу глину на лицо. 


Получаются усы, почти как у Сальвадора Дали. 


Если утром щетина не появится, значит, эксперимент удался.


А пока работает гончарный круг, я преобразую заготовку в цилиндр, который может превратиться во всё что угодно – чашку, тарелку и даже калабас, воплотить который стремится Василий Владимирович. 


У меня же вначале получается какая-то пепельница, из которой «вытягиваю» сахарницу, потом горшок и наконец вазу. 





От смоченных в воде пальцев глина становится настолько податливой, что меняется от малейшего касания. 



Увлёкшись, я задеваю заготовку кольцом, и в следующую секунду от неё отлетает кусок глины. 



Появляется несуразное углубление.     

Нажатием на педаль останавливаю гончарный круг. 


«Когда вертелось, было красивее», – замечаю про себя. 


Получилось что-то, напоминающее турку для кофе. 


«Ка бы вы это оценили?» – интересуюсь мнением Антона, который, оглядев изделие, выносит вердикт: «У Василия Владимировича – искусство, а у вас ремесленничество. Новички обычно не останавливаются на привычных чашках и продолжают "творить". 


В результате так "загоняют" изделие, что оно превращается во что-то бесформенное». Услышав это, я решаю усовершенствовать изделие. Поправляю пальцами стенки сосуда и приделываю к нему ручку.



Палочкой-стеком рисую сердечко, добавляю несколько чёрточек. 


С помощью проволоки отделяю кружку от гончарного круга. Теперь это «авторская» работа. «Самостоятельно, без навыков сделать сосуд – это уже здорово», – подытоживает Антон.

В этот момент я чувствую себя подлинным творцом. Осталось подсушить, покрыть глазурью и несколько раз обжечь в печи при температуре в тысячу градусов. В общем, ждать конечного результата ещё две недели. А вот ждать щетины мне не пришлось. Эксперимент провалился, и утром мне снова пришлось бриться.



Василий Дубик

Искусство релакса

В здании на углу улиц Советской и Билецкого, где в позапрошлом веке размещалась городская дума, бывал не раз, когда готовил материалы о фабрике «Полеспечать». В творческую мастерскую «Воздух», которая находится на втором этаже, попал впервые. Приятно удивило, как из производственного помещения удалось сделать довольно уютный зал. 



В его центре за большим столом сидели две девочки и  что-то рисовали. Им помогала девушка. Она назвалась художником. Мы, будущие «скульпторы», не увидели в ней коллегу и, естественно, не нашли общего языка. 


Тем не менее, она позвала Антона Неклюдлова, который на время журналистского эксперимента стал нашим наставником.


Когда улыбчивый парень с окладистой бородой начал объяснять отличия белорусской глины от украинской и немецкой, вдруг всплыло, как некогда обсуждал эту тему с известным Николаем Пушкарём. 


Тогда мастер гончарной техники ловкой полесской шуткой ушёл от вопроса об истоках и перспективах творчества. 


И мы стали осуждать звуки, которые издаёт забавная глиняная птичка-свистулька, если в неё налить воды.

Под рассказы Антона вспомнил, как давно собирался взять в руки глину, попробовать понять, куда «зовёт» именно этот материал и создать нечто своими руками. Молодой человек подчеркнул, что взрослые люди в его студию приходят в основном по двум причинам: для релаксации или для освоения гончарного ремесла.
Поначалу захотелось сделать калабас. Это сосуд для настоя листьев парагвайского падуба, известного как матэ. Вообще-то, его делают из маленькой тыквы. Но я захотел удивить приятелей, которые угостили меня этим заморским напитком.

По рекомендации наставника размял кусок глины величиной со снежок.

С размаху бросил его на диск гончарного круга, надавил ногой на педаль. И пошло-поехало. Самому удалось быстро превратить полушарие в цилиндр.



 

С помощью Антона изделие приобрело стенку. Немного загнул верх, и вращающаяся сфера с дыркой вверху была готова.





Тут пришла мысль сделать стенку тоньше, а заодно представить себя на месте тех, кто приходит сюда релаксировать. Прислушался. Действительно, монотонный шум мотора успокаивает. Едва шершавая глина мягко массирует пальцы. Руки расслабились, чуть-чуть надавили на вращающийся калабас, и он потерял центровку.

Изделие начало бить по рукам и утратило форму. Попытка вернуть его в прежнее состояние не увенчалась успехом. Раз так, буду делать чашку, но болтанка продолжалась, и удалось выйти только на блюдце. 



На него  взгромоздил нечто похожее, как мне показалось, на мифическое создание, слепленое из остатков «снежка».





Завершил творческий процесс мытьём рук. Оказалось, от глины не так-то легко избавиться. Когда вода высохла, на коже проявились пятна. Пришлось перемывать несколько раз. Выпускница гончарных курсов посоветовала пользоваться губкой. 


Настя учится в университете, а здесь дважды в неделю совершенствует своё мастерство. На своей странице в социальных сетях разместила фото авторских изделий. Иногда ей поступают заказы на изготовление керамики, и даже удаётся что-то заработать.


В студии нет печи для обжига. Да и нельзя сразу нагревать сырые изделия – потрескаются, пояснил Антон.  Сначала надо дать им время высохнуть  при комнатной температуре. 


Да и «выпекают» их долгими часами. Так что сразу получить готовую керамику не сможете. 


Полный гончарный цикл пройти не удалось. Не получился и задуманный калабас. Зато остались очень хорошие впечатления от самого процесса обучения и приобщения к творчеству. 


Кроме того, с опозданием, но всё же  выполнил данное большому мастеру обещание: побывать в гончарной, почувствовать глину и постараться самому понять, как создаются художественные произведения, а не расспрашивать об этом. 


Автор фото: Ирина Чернявская

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее, и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить новость в соцсетях